пятница, 11 ноября 2011
Зарисовка: "Поцелуй меня".
***
Нежность, на моей коже. Она осталась после ночи с тобой. Это была не грязь и не похоть. Это было и, открыв глаза, я не посмела даже думать, чтоб отгрызть себе руку и сбежать, не разбудив тебя. Я поймала твою улыбку, когда ты только-только хотела открыть глаза, я посмела ещё раз коснуться — тебя.
Мне хотелось вновь испытать. Солнечный свет, шаги за дверью — их слышно. Какие-то люди, не ты и не я, спешат. Какие-то люди идут по делам. А мы, позабывши обо всём на свете, придаёмся — прости мама, о, боже — прямо с утра придаёмся той безумной нежности, что сковала и тебя, и меня.
И не знаем толком друг друга, не можем сказать, какого цвета наши глаза. Всё изменчиво и только лишь миг постоянен. Не вернуть, не повторить мы не сможем. Это ясно, как тот же свет за окном и те шаги, что куда-то спешат.
Так странно... Вот рука и будто не моя, вот ты — как будто бы моя. Касаться всего, чего пожелаю — мечтать коснуться того, чего желать нельзя. Нельзя заставить полюбить, нельзя поставить рамки и запреты. Нам, смертным, позволено любить, но... Бессвязный мыслей круг. Довольно!
Лишь только нежность, только страсть. Желание быть ближе. В любви отдать себя, позволив нам забыться. И потонуть, и падать вверх, и простыни сминать, и помнить только миг, когда нас накрыло понимание — лишь только миг, но это...навсегда.
Как странно в тишине звучат мои слова:
— Ты знаешь...я..
***
Нежность, на моей коже. Она осталась после ночи с тобой. Это была не грязь и не похоть. Это было и, открыв глаза, я не посмела даже думать, чтоб отгрызть себе руку и сбежать, не разбудив тебя. Я поймала твою улыбку, когда ты только-только хотела открыть глаза, я посмела ещё раз коснуться — тебя.
Мне хотелось вновь испытать. Солнечный свет, шаги за дверью — их слышно. Какие-то люди, не ты и не я, спешат. Какие-то люди идут по делам. А мы, позабывши обо всём на свете, придаёмся — прости мама, о, боже — прямо с утра придаёмся той безумной нежности, что сковала и тебя, и меня.
И не знаем толком друг друга, не можем сказать, какого цвета наши глаза. Всё изменчиво и только лишь миг постоянен. Не вернуть, не повторить мы не сможем. Это ясно, как тот же свет за окном и те шаги, что куда-то спешат.
Так странно... Вот рука и будто не моя, вот ты — как будто бы моя. Касаться всего, чего пожелаю — мечтать коснуться того, чего желать нельзя. Нельзя заставить полюбить, нельзя поставить рамки и запреты. Нам, смертным, позволено любить, но... Бессвязный мыслей круг. Довольно!
Лишь только нежность, только страсть. Желание быть ближе. В любви отдать себя, позволив нам забыться. И потонуть, и падать вверх, и простыни сминать, и помнить только миг, когда нас накрыло понимание — лишь только миг, но это...навсегда.
Как странно в тишине звучат мои слова:
— Ты знаешь...я..